vladimirmalevin

Category:

Чувственное взаимодействие форм или алфавит архетипов примитивных форм композиции

Рубрика: книга по композиции

Продолжаю публикацию отрывков из моей новой книги «Общая теория композиции». Другие отрывки можно найти по тегу «Книга по композиции» внизу статьи.

При создании композиции сознание человека работает в режиме решения сразу нескольких параллельных задач и самые отличные друг от друга – это формальная, осмысливание возможности пластики форм и философско-чувственная, создание отношения между формами. Также в этот момент должны быть сразу решены на других слоях сознания задачи создания светотени и цвета. Конечно каждая из них должна быть доведена до автоматизма, иначе параллельное решение невозможно.

Сейчас поговорим о философско-чувственной плоскости. Как было сказано ранее в этой главе в части «Формы взаимодействия моноформ», любые пятна вступают в отношения. Но отношения кружочков на плоскости типа окружения, притяжения одиночества и отталкивания и глобальные отношения моноформ такие как рифма, диагональ и регулярные-нерегулярные распределения – это лишь алфавит композиционной мысли. Гораздо интереснее и сложнее оказываются отношения форм в аспекте их «психологической жизни», а точнее, их связанности с архетипами отношений объектов, хранящихся в нашей памяти.

Каждая форма или гештальт неизбежно репрезентует некое явление действительности, отношение. Можно сравнить эту репрезентацию с предикабилиями Аристотеля или кантовскими «выводными понятиями рассудка»[1], т.е. это некие существенные признаки отношений явлений действительности. Это происходит вследствие самих приниципов хранения информации в мозге, который не пишет «видеоряд» а разделяет его на ключевые архетипичные понятия. 

К примеру, сумка лежала на полу, вы ее там видели, но не придали этому значения. Через несколько дней она понадобилась. Обычно она лежит в шкафу, но там ее не оказалось. Мозг извлекает информацию, но видео или фотоизображения «сумка на полу» не появляется, появляется некая форма, идея «низа». Сумка была где-то «внизу» - вот так выглядит архетип, хранящий память о положении сумки. «Внизу» моментально оценивается как пол, но это лишь потому что в данном контексте кроме пола внизу ничего нет. Ни вербальной формы «пол» ни фото-видео информации могло не сохранится. Память подсовывает видеофрагмент пола в комнате. Идем смотреть – сумки нет. Как же так? Теперь же кажется что точно видел ее вот тут на полу. Так кажется потому, что визуальный фрагмент пола прицепился к идее «внизу» и начал составлять единый образ прошлого, в котоырй мы начинаем верить поскольку доверяем своей памяти (чего, как мы помним делать нельзя согласно эксперименту с багс бани). Наступает небольшая фрустрация – память говорит что сумка должна быть, но ее тут нет. Но сумка все же нужна и она точно была дома. Это заставляет нас нехотя отбросить ложную идею и идти в другую комнату. Там то же. Снова фрустрация. Опять шкаф – ну не может же быть чтобы ее не было… Далее перебираются уж совсем неожиданные места вплоть до стиральной машины (куда же запропастилась эта сумка! Ну я же точно видел ее недавно! И в памяти она прям на полу в комнате)… В конце концов случайно попадаем на кухню… Вот она. На полу. На кухне. Где ей делать совсем нечего и мы не предполагали что она там. Но теперь то картинка фото подсовывается кухонная и да, правда, именно тут она была видена. Картинка с пола в комнате уже выглядит ложной – но как мы ей верили!

Множество понятий вещей и явлений, да все, хранятся в памяти в виде набора таких архетипичных форм. «Верху», «в центре», «окружено», «вытекает» – эти простейшие элементы составляют алфавит отношений явлений вещей форм распознавания образов, памяти и так далее.

Естественно, когда мы видим визуальную репрезентацию такого архетипического отношения, оно приходит нам на ум, вспоминается как похожее. Поэтому вообще возможны символы и фантазия. К примеру видя круг вокруг другого мы вспоминаем о заботливой матери. Если бы информация хранилась в четкой форме, мы были бы подобны компьютерам, а такая структуризация ведет к огромным возможностям вариативности и нечеткости мышления. 

При путешествии психики по миру пластического изображения, рассмотренной в главе «Психофизиология восприятия» мы видим и переживаем множество ощущений, связанных с воспоминанием таких форм, и если они связаны, если это доставляет нам ощущения узнавания, истории и т.п., рассмотренных там же. И в этом главное удовольствие от созерцания формальной композиции. А если это еще привязано и к сюжету произведения (об этом подробнее в азделе «Дополнительные вопросы композиционной теории») 

Собственно необходимость создания в произведении этого визуального кода, отсылающего нас к архетипическим психическим переживаниям, будоражащем фантазию и размышления о чувствах, философии отношений – уже огромная причина для того, чтобы систематизировать и изложить эти «первоформы». Но эта задача имеет еще и дидактичекую цель. Дело в том, что создание пятна, мазка художником – это акт творческий и нужно принимать решение каким будет это пятно. Если такого решения не принимать – получается бесструктурный хаос. А чтобы его принимать в каждую секунду времени, – нужно ощущать, знать эти первоформы. Казалось бы речь только о художнике. Фотографу такое знание ни к чему¸ формы в реальности в момент нажатия на кнопку либо есть либо нет. Однако, увидеть их наличие, их сложную симфонию можно только имея большой опыт их создания созерцания осмысления и классификации. Иными словами никогда не думая об этом, не рисуя их – не увидишь даже если они предстанут перед тобой.

Итак, перечислим основные психические первоформы, выражающие архетипические основные понятия.  
   

Как пример репрезентации одной из перфоворм «Поросль» в фотографии можно привести следующее изображение

Формы не обязаны строго соответствовать приведенным иконографическим символам. Форма может быть многообразной. К примеру стекание может быть в виде таком и таком. Однако важна сама идея отношений форм и она остается неизменной. 

Этот каталог форм конечно же не полон. Настоящее исследование скорее открывает горизонты для больших психологических и философских исследований.

Есть художники, которые не думают о микроформе. У таких художников пластическая композиция примитивна. 

Есть художники, которые возводят микропластику в единый формат отказываясь от многообразия отношений. Это создает единство, которое мыслится как «стиль»

По поводу стиля глобальная оговорка. Стиль – это единство. А единство может быть вызывано искусственно, на чем и паразитирует огромное количество деятелей современного искусства. Дело в том, что в условиях легкой репродукции визуального материала обеспечение стилистического единства произведения выглядит как почерк мастера. Гениальным символом этой мысли явилась работа Энди Уорхола «Диптих Мэрилин», которая показала что легкость воспроизведения вкупе с единством способны оправдать сколь угодно примитивные или даже некрасивые вещи.

Механизм формирования этого обмана таков: в старые времена, когда создание визуального материала требовало серьезных затрат труда и материалов, поиск некоего визуального ключа, занимавший порой всю жизнь мастера, приводил к нахождению свойственных только этому мастеру особенностей изображения, т.е. стилистических мотивов, которые вместе складывались в узнаваемый почерк и стиль. И поскольку на это уходило очень много лет, то стиль являлся как бы визитной карточкой одновременно и серьезного уровня мастерства. И такие произведения от таких мастеров конечно же вошли в историю искусства и попали в музеи. В современном сознании отложилось следующее: большой мастер имеет свой стиль, значит если у меня будет свой стиль (непохожий или более-менее уникальный набор визуальных мотивов) – значит я большой мастер, достойный вхождения в анналы истории искусства. Эта обманчивая мысль настолько сильна, что ею оказалось поражено абсолютно все человечество за исключением редких художников, обладающих одновременно интеллектом, мастерством и множеством духовных достоинств. 

Вернемся к теме архетипического взаимодействия форм в их пластическом выражении.

Конечно нет смысла подчинять все произведение игре этих форм. Хотя если это сделать, в этом может скрываться тот самый священный грааль композиции – поиск ее языка. (О языке композиции речь пойдет в главе «Философия композиции и дополнительные вопросы») Но знать об этом и иметь инструмент развития собственного чутья композиции такой как наблюдение создание этих форм обязан каждый художник.

[1] (Pradikabilien; от лат. praedicare — «высказывать») — 1) согласно Аристотелю и Порфирию, 5 логических понятий — род, вид, видообразующее отличие, существенный признак, несущественный признак; 2) согласно Канту, выводные понятия рассудка — в отличие от предикаментов, т. е. категорий. Предикабилиями являются понятия силы, действия, страдания, возникновения, исчезновения, изменения и т. п.


Copyright © Владимир Малевин. http://www.malevin.art

Инстаграм: https://www.instagram.com/MALEVIN.ART/   

Публикация текста, изображений и фрагментов только с разрешения автора.

Курс по композиции: https://www.malevin.art/events/kurs-khudozhestvennaya-kompozitsiya-dlya-fotografov

Очень интересные и точные тесты по фотографии и искусству: https://www.malevin.art/tests

Школа фотографии: http://malevin.art/shkola 

Фото-туры: http://photo-tur.ru/ 

Фотокоучинг «Фототренер»: https://www.malevin.art/fototrener

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.