Три уровня восприятия произведения искусства

Рубрика: Теория искусства 

Введение

Проблема восприятия художественного произведения интересна по той причине что искусство - настолько сложная область жизни, что даже для его восприятия, не говоря об активном присутствии в искусстве, необходимо достаточно глубоко разбираться в нем. Область сложна настолько, что даже восприятие становится затруднительным без специалной подготовки и, начиная с некоторого момента происходит отрыв искусства от массового сознания. Возникает т.н. "искусство для искусства". Плохо это или хорошо - не важно, это существует. Были попытки в истории сократить этот отрыв путем притягивания искусства к народу (соцреализм как навязываемый формат, предполагаемый быть понятным простому рабочему и крестьянину), были попытки тянуть народ к искусству (собственно достижение общего образования и есть такой фактор), но как видно из новейшей истории даже высокий уровень общего образования не обеспечивает повсеместного понимания искусства и такого сокращения отрыва народа от художника при котором каждому доступно если не полное понимание, но хотя бы интерес к событиям в мире искусства, не говоря уже об искусстве классическом.

Фотография в этом смысле явление уникальное. Это явление массовое, народное, и занимаясь фотографией рано или поздно каждый приходит к искусству. Таким образом фотография сокращает разрыв между искусством и народом, является некоим мостом. 

Приходя к пониманию что без искусства качество фотографии не может преодолеть уровень домашнего творчества, и пытаясь взять высоту под названием "Искусство" неофит сталкивается со сложностями, поскольку уровень образования полученный в общеобразовательном учреждении недостаточен для свободного вхождения и ориентации в мире искусства. Из этого рождаются блоки, комплексы, противоречия, мифы. Это касается не только фотографов, ведь любой человек так или иначе сталкивается с искусством и иногда плотнее чем позволяет зона "безопасности". 

Известны такие случаи вошедшие в историю как анекдоты. Например про Фаину Раневскую и Мону Лизу: "Когда в Москву привезли Мону Лизу, все ходили на нее смотреть. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления. Раневская заметила: 

- Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!" Это яркий пример столкновения неподготовленного зрителя и искусства.

Выше было сказано о зоне "безопасности". Некоторые могут удивится: "Что может быть опасного при знакомстве с искусством?!" Опасность выглядеть в глазах окружающих неподобающе, проиллюстрированная выше случаем с Раневской может быть напугает и не всех, но есть опасность и посерьезнее. Самым опасным результатом такого "вломления" слона в посудную лавку является формирование собственной психической мифологии, определяющей всю деятельность в новом мире в будущем. 

Дело в том, что попадая в неизвестную незнакомую нам реальность психически для новой реальности мы как чистый лист, табула раса. У нас нет поведенческих установок, шаблонов для сравнения явлений, а стержня и фундамента и подавно. Мы как дети. А представьте себе детей, впервые без взрослых попавших в химическую лабораторию к примеру. У нас нет еще суждений, им только предстоит сформироваться. Формируются же они при каждом соприкосновении с новой областью и на основе самых случайных и часто нелепых факторов от вычитанных в книжке "Стань фотографом за 24 часа" незыблемых правил до бессознательных полученных в дестве эмоций от просмотра иллюстраций в книжке про колобка. Вот нам известен принципа деления кадра на трети, и вот он, знаток этого правила перед картиной "Джоконда", и вот он уже формирует свое суждение о картине, а то и обо всем творчестве Да Винчи (а в особо сложных случаях и обо всей эпохе ренессанса в целом) - не годится, правило третей в портрете не соблюдено! Бывают эксперты тоньше складом, они то знают, что все-таки Леонардо был Гений и это "ж-ж-ж" не спроста. Иными словами более гибкая личность может даже подвергнуть свои установки переосмыслению под давлением явного авторитета. Но не будем забывать что наш критик-искусствовед по заданной диспозиции только-только соприкоснулся с миром искусства. Он не читал, но мнение имеет. И вот он уже точно лучше других знает что правило третей не работает потому что Леонардо-де в картине его не использовал. А вот перед нами иной типаж, фантазер, выискивающий в черном квадрате сотни оттенков черного и пытающийся найти там осмысленные фигуры и, как сказано в одной досужей статье "всю живопись мира"... 

И вроде бы чего опасаться, все заняты, народ образовывается, "мальчик очень любит труд тычет в книжку пальчик". Но тут и таится опасность для мальчика, и она в том, что раз созданные суждения плотно оседают в сознании и формируют фундамент для последующего восприятия всей области. Формируют неверные суждения, мифы, ведущие по ложным путям, уводящие от истинной цели. Потом, если человек дошел до необходимости получить художественное образование, эти мифы получается, нужно ломать. А ломать в психике, как ни парадоксально всегда сложнее чем строить.

Для того чтобы облегчить восприятие искусства, смягчить столкновение и углы и появилась эта статья. Что она дает? Она не дает рецептов в понимании искусства, это невозможно. Но она дает понимание своих собственных реакций и их возможного спектра, она дает рецепт восприятия искусства, ограждающий от лишних, ненужных, смешных телодвижений. Еще Фрейдом доказано что 80% процессов в мозге протекает без участия сознания. А это процессы регулирующие и наши эмоции и поведение обусловленное логикой, т.е. процессы оказавшиеся в зоне "невидимости" могут быть самые разные. Для простоты можно считать что мы в одной пятой случаев только знаем что мы делаем и зачем и как. Восприятие искусства не исключение. 

Итак, проблема обозначена - человек сталкивается с областью ранее ему неизвестной. Какие у него возникают реакции? Конечно реакции психики будут защитными, т.к. налицо агрессивная среда (под удар ставится самомнение субъекта, мнение о нем окружающих), да и вообще любое неизвестное для психики по определению является стрессовым фактором. Поэтому можно просто посмотреть какие психические процессы относятся к защитным.

Это, конечно отрицание, насмешка, рационализация.

Последняя - это попытка примерить известные категории на неизвестную область. Иными словами перевод непонятного в понятную область с помощью известных суждений и логики. Иногда такие попытки не лишены смысла, но иногда приводят к плачевным результатам. Пример из жизни - известный фотограф, преподаватель, перед студентами обвиняющий картины возрождения в том что они написаны с одним и тем же освещением лица...

Еще одна реакция - отторжение (отрицание) "Это не искусство, это мазня". Например, известно, что Л.Н. Толстой очень резко отзывался о творчестве Васнецова, называя это мазней и неискусством.

Такая реакция как осмеяние, ирония также защищает от нападок и необходимости критической оценки собственной психики (что как известно противоестественная для психики операция и приводит к неврозам и болезням) возвышает субъект над предметом. Реакция типа "Я тоже так намалюю". Помогает такому отношению распространенная сказка о Голом Короле (возведенная в разряд мифов в сфере искусства, так общеизвестно что Хельмута Ньютона кто-то считает несомненным гением и ориентиром для подражания, кто-то – просто талантливым провокатором, который известен только скандальностью и смелостью своих снимков.

Осмеянию способствуют и исследования всяких "британских ученых". Злые ироничные неучи посмеялись над народом следующим образом. Они создали программу, которая создает узоры в стиле Пита Мондриана. На просторах интернета можно легко найти тест, в котором предлагается отличить настоящего Мондриана от узоров созданной программой. Как бы предполагается, что если зритель этого не может сделать то ценность произведения утрачивается. Забывают при этом о том, что для того чтобы появилась программа якобы умеющая так же, сначала потребовался все таки Пит Мондриан, который своим прозрением, своим духовным видением воссоздал из тьмы небытия определенную совокупность цвета и геометрии и тем самым провозгласил новый стиль в эстетике. А уж зритель, проведший для себя столь "несомненный" эксперимент и вовсе забывает о том что фраза "а судьи кто" имеет в данном случае слишком недвусмысленный ответ...

Докучие охотники за разоблачениями подливают масла в огонь постоянно и изобретательно. И хуже всего получается тогда, когда они принимают облик исследователей, ученых (британских или из некоего таинственного Бостонского аж колледжа). Авторитет подобных разоблачающих исследований конечно же в сознании обывателя непререкаем.

Так некая Анджелина Холи-Долан из Бостонского колледжа (США) попыталась решить проблему следующим остроумным образом. Добровольцы рассматривали пары картин — либо творения известных художников-абстракционистов, либо каракули любителей, детей, шимпанзе и слонов — и определялись со своими предпочтениями. Подписи имели только две трети произведений, и иногда этикетки лгали, то есть участники эксперимента думали, что рассматривают мазню шимпанзе, тогда как в действительности это были шедевры Марка Ротко. 

Как ни странно, в большинстве случаев люди делали выбор в пользу работ профессиональных художников, даже если думали, что это произведение животного или ребёнка. Каким-то загадочным образом они чувствовали руку мастера и не могли объяснить причины своего решения.

В этом примере, слава Богу, художники победили. А сколько таких исследователей, низвергающих искусство?

Надеюсь выше убедительно показано, что восприятие - острая тема на сегодня, когда вопрос столкновения человека, народ и искусства стоит как никогда актуально ввиду развития медийных технологий и неслыханных даже Энди Уорхолу возможностей тиражирования прекрасного. 

При обучении детей, например, литературе в школе одной из главных задач является задача обучения восприятию художественного произведения. А чем менеджер, приходящий к искусству, отличается в этой области от ребенка? 

Таким образом, главный тезис статьи следующий - первое что необходимо изучать, подступаясь к огромной неизведанной области - обучение восприятию. И, наконец мы подошли от предисловию к основной теме статьи - уровни восприятия художественного произведения.

Психологи считают, что учащиеся начальных классов проявляю два типа отношения к художественному миру произведения. Первый тип отношения - эмоционально-образный - представляет собой непосредственную эмоциональную реакцию ребенка на образы, стоящие в центре произведения. Второй - интеллектуально-оценочный - зависит от житейского и читательского опыта ребенка, в котором присутствуют элементы анализа[1]

Это один из примеров выделения классификации, призванный показать что проблема исследуется давно.

Три уровня художественного произведения

Как представляется, в восприятии визуального художественного произведения можно выделить три основных уровня. 

Надо оговорится, что под художественным произведением мы будем понимать любое изображение, предстающее перед зрителем вне зависимости от контекстов, главное вызывающее интерес и несущее возможность получения новой информации, что собственно и определяется многими авторами как искусство. Несмотря на предельную широту такого определения, позволяющую причислить к искусству совершенно что угодно, современное искусство во многом живет по этим канонам. Но терминологический спор выходит за рамки этой работы, а для ее задач определение вполне подходящее. 

Указанные уровни могут проявляться по отдельности и все вместе.

Уровень 1. Интуитивный, сенсорный (чувственный).

Человек чувствует красоту интуитивно, это зашито в подсознание от природы. Произведение может быть воспринято только на этом уровне без включения двух осталных. "Нравится, прелестные цвета, нежно, как ярко!" - вот такие эмоциональные отклики рождаются при сенсорном чувственном восприятии. 

Вот что писал о гармонии выдающийся теоретик возрождения Леон Баттиста Альберти: "Есть нечто большее, слагающееся из сочетания и связи этих трех вещей ( числа, ограничения и размещения) нечто, чем чудесно озаряет весь лик красоты. Ведь назначение и цель гармони - упорядочить части, вообще говоря, различные по природе, неким совершенным соотношением так, чтобы они одна другой соответствовали, создавая красоту... И нет у природы большей заботы, чем та, чтобы произведенное ею было вполне совершенным. Этого нельзя никак достичь без гармонии, ибо без нее распадается внешнее согласие частей". Из слов Альберти понятно, что основа прекрасного - это гармония[2]. Гармония как соотношение частей, их соотношение такое при котором ничто кажется ни слишком большим ни слишком малым, когда разные по сути вещи обладают неким внутренним подобием и т.п., т.е. золотое сечение, подобие - основы прекрасного.

В принципе, больше то и сказать об первом уровне нечго, он настолько интуитивно понятен, настолько прост что можно было ограничится одним лишь заголовком. Если же вскрывать его сущность, то мы придем к теории композиции, о котором была моя прошлая лекция.

Уровень 2. Информационная катализация извне

Раскрытие этого уровня можно предварить цитатой "Искусство это не что а как." Можно было бы озаглавить этот уровень еще так "Информационное подстегивание чувственного восприятия." Или "Знание" извне (следующее - знание личное, образование).

Смотря на ту же Джоконду человек может и не почувствовать интуитивно (сенсорно) совсем ничего. И тогда быстрый на выводы делает следующий "обычная картинка чего все преклоняются". Но если показать человеку как сложно сделать это сфумато или как сложно добится красивого цвета и вообще гаммы на картине мадонна лита, то через знание о сложности придет и чистое позитивное эмоциональное восприятие, которое настолько близко к интуитивному сенсорному что даже отличить одно от другого может и не получится. 

Для того чтобы показать сложности, преодоленные автором при создании произведения необходимо сравнение. Т.е. если детям сказать в школе "дети, Мадонна Лита это прекрасный цвет", они могут подумать "цвет как цвет, у меня на тетрадке принт с любимыми мультгероями тоже клевый цвет". Но если поставить рядом картину классного художника и сказать смотрите а цвет все же не тот, хотя он видно что хотел такой же цвет - осознание гениальности Леонардо приходит быстрее. То же можно сказать о знании о композиции и других аспектах картины. 

  

[1] Выготский Л.С. Воображение и творчество в детском возрасте. Психологический образ очерк. - 2-е изд. - М., 1967.

[2] Н.Ли Основы учебного академического рисунка    

Уровень 3. Внутренний свет знания.

Знание истории искусства, наполнения картины, смыслов и т.п.

Этакое искусствоведческое знание изнутри. Оно тоже приводит к чувственному (хотя это и не единственный механизм). В идеале «полноценное восприятие художественного произведения не исчерпывается его пониманием. Оно представляет собой сложный процесс, который непременно включает возникновение того или иного отношения, как к самому произведению, так и к той действительности, которая в нем изображена». Но есть и менее благородный механизм, хотя тоже имеет место быть и его нужно понимать т.к. он объясняет вообще все современное искусство. Даже не столько современное, он объясняет все искусство неклассическое, неэстетической направленности. 

Речь о внутреннем тщеславии. Механизм работы такой. Мы видим нечто, не вызывающее эстетического восхищения. Например портрет Пикассо. Или линейную абстракцию Мондриана. Однако, угадываем посыл автора, зашифрованное послание. Угадываем не с бухты барахты а вследствие накопленных знаний, опыта, багажа. Возникает чувство собственного превосходства, значимости, ведь это только мы такие умные талантливые а больше же никто не догадался! Ну а если задняя мысль подсказывает нам что мыслишка тривиальная и кто-то еще догадался, то на утешение приходит тут же спасительная мысль о том что все равно таких немного и это тайное знание удел избранных и посвященных в круг коих мы входим вследствие своей образованности чуткости тонкости и интеллектуальности. Ведь каждому хочется думать что он образован, чуток, тонок интеллектуален, но парадокс в том что если предположить что все люди чувственны тонки и т.п. то получается что мы ничем не отличаемся... Вот и приходится предполагать что это только мы такие, а остальные - говно. Все эти процессы мысли происходят даже не в сознании, они моментальны, поэтому конечно, мы не думаем все это в прямом смысле в голове "вслух". И люди все таковы отличаются же они только тем что есть тактичные люди, которые осознают эту мысль и механизм и хотя и наслаждаются этим механизмом но делают это скромно и как бы в тайне, с пониманием относясь и к праву других людей думать также и осознавая что эти мысли - самообман. Парадоксально но можно думать одновременно две мысли, о том что мы гении а все остальные говно и одновременно понимать что это неправда и самообман. Это как в кино, мы одновременно понимаем что герой ненастоящий (ведь задумайтесь, это всего лишь картинка на экране а не жизнь раз, она произошла уже в прошлом два и произошла то с актерами ТРИ! Трижды ненастоящее!) и одновременно переживаем как за реальные события.

А что же происходит дальше? Ну насладились мы своим могуществом, как это связано с восприятием искусства? Пока было только решение ребуса, а искусство - это все же чувственное восприятия. Очень просто. Нам после осознания своей значимости как воздух требуется утвердить это знание в головах других людей. Иными словами все должны знать какие мы замечательные. Но как это сделать? 

Не подойти же к коллеге по работе и не показывать ему фотографию в журнале со словами "смотри, здесь используется отсылка к такому то известному произведению а цвет с картин рубенса а свет как у караваджо, смотри какой я продвинутый и все это увидел!". Это самохвальба в лоб и прокатит только с детьми (которым дела нет до вашей значимости). Надо тоньше. И выход есть. И находит его абсолютно каждая психика самостоятельно. И на этом выходе строится все современное искусство, искустсвоведы, кураторы выставок, коллекционеры абстракций и кошмаров и т.п. Выход прост: не надо говорить какие значимы мы. Надо сказать как значим художник, воспроизведший в своем произведении цвет рубенса свет караваджо и символику босха. Все. Вуаля. Психика собеседника отвлечена от главного предмета разговора - нашей значимости и направлена на созерцание великой работы, следите за рукой, опля, кролик исчезает. Спроецируем с коллеги на более широкую аудиторию: статью, выставку, коллекционера и видим всю фабрику тщеславия насквозь. Если бы не было этого чувства, то не было бы всего современного искусства. Все искусство сводилось бы к созданию исключительно красоты и утоньшению способов создания и содержания, усложнению визуального языка, но эстетика была бы всегда незыблема. Этакая эпоха возрождения навсегда. Потому что нет смысла рисовать некрасиво если никому ничего не хочешь доказать. Нет смысла восхищаться тем, что противоречит природному восприятию если не хочешь показать свою значимость. И в этом смысле гораздо честнее, природнее, божественнее дети и обычные, не имеющие отношения к искусству люди, которые отрицают красоту фовизма и пикассо, они ближе к природе, к естественному божественному восприятию прекрасного. Правда без определенного багажа и мону лизу и венеру милосскую не понять и не увидеть красоты, и получается что в состоянии чистого листа восхищения не происходит, для его возникновения нужны какие то знания, а как только появляются знания - появляется вот эта проблема раздела где "до" понятное и красивое, а "после" сложное и уродливое, и для каждого эта точка своя и лишь в этой точке существуем мы и существует восприятие искусства.

Ну а с течением времени происходит замещение понятий, утрачивание смысла ритуалов с сохранением лишь внешней строны и работы обрастают мифами и общественное поклонене голым королям рождает в нашей душе отклик и нам начинает сначала как бы нравится а потом и мы уверуем в это и вроде уже и нравится и еще много разных психических механизмов цепляется и переплетается и личных и коллективных, в общем это все настолько сложно что можно сказать что искусство - это живая субстанция. Может быть это то и главное?

Рассматриваемые в данной статье уровни восприятия выделялись давно и разными учеными. Так в исследованиях О. И. Никифоровой, Л. II. Рожиной и др. изучались психологические особенности восприятия и оценки младшими школьниками литературных героев. Было установлено, что младшим школьникам свойственно два типа отношений к литературным героям:

1) эмоциональное, которое складывается на основе конкретного оперирования образными обобщениями;

2) интеллектуально-оценочное, в котором учащиеся используют моральные понятия на уровне элементного анализа.

Вообще разные психологи выделяют разные уровни восприятия и их классификация в науке не установлена и может выдлятся по совершенно разным признакам

Выделение в настоящей статье именно таких уровней основано на выделении основных путей получения удовольствия от общения с искусством. Это прямая эмоциональность от зрительного восприятия, эмоциональность полученная от восторжения восхищения умением навыком и эмоция от радости открытия, исследования, от получения новой информации (сочетание известных уже зрителю фрагментов приводит к появлению новой информации а также утешение самолюбия принадлежностью к тайным знаниям, обособленности, избранности).

Лучше всего когда все три знания присустсувют. Без первого вообще художник невозможен. Но он невозможен и только со вторыми двумя... Научить можно только двум вторым. Первое же зависит от чувсственности восприятия, а оно не может быть получено знаниями и тренировками. Оно может быть либо врожденным (и если не развивать другие ступени то мы получаем восторгающегося человека, но не имеющего ни вкуса ни) либо приобретенным. Приобретать его как представляеться нужно шлифуя зеркало своей души. Тут чтобы гладь была зеркальной нужно чтобы воды души не мутились. А это - спокойствие. А значит доброта. А значит борьба с пороками. А значит аскеза. Но постоянная аскеза сушит и для подпитки чувсственности нужны удовольствия. Нужно найти баланс между аскезой и удовольствиями и тогда душа останется и чувственной и одновременно незамутненной.

Восприятие представляет собой достаточно сложный процесс. Так, М.Р. Львов отмечал, что если произведения изобразительного искусства, музыки воспринимается непосредственно органами чувств, то читатель воспринимает графические знаки, напечатанные на бумаге. Только посредством включения психических механизмов мозга эти графические знаки преображаются в слова. Благодаря словам и воссоздающему воображению выстраиваются образы, которые вызывают эмоциональную реакцию читателя, рождают сопереживание героям и автору, а отсюда возникает понимание произведения и понимания своего отношения к прочитанному[1].

Поскольку же задачей искусства является, прежде всего, вызов эмоционального отклика, то можно сказать что одного интуитивного уровня с огромной вероятностью может оказаться недостаточно, поскольку искусство далеко не всегда прямолинейно и нацелено на непосредственное воздействие на зрительные центры, зачастую необходима сначала интепретация скрытого языка произведения, включения особенных психических механизмов, с помощью которых символы переводятся в слова и только потом наступает восприятие. 

К примеру давайте посмотрим на картину Филонова "12". Без знания выразительных средств, языка, символов, которыми изъясняется художник невозможно получить эмоциональную реакцию. Точнее возможно, ведь запросто декоративность полотна, его цветовой строй может вызвать первичный уровень восприятия искусства, сенсорный. Но, согласитесь, что

1. Для осознания декоративности, гармонии цвета нужно быть уже подкованным в искусстве достаточно сильно. Природный дар такого восприятия именовался бы гением и конечно зачах бы во взрослом возрасте без его развития а у ребенка и так свежий взгяд на все

2. Без третьего уровня катарсис не такой полный.

3. Знание дает возможность получить удовольствие от картины и вовсе обходясь без дара эмоционального интуитивного сенсорного восприятия. Таким образом искусство становится доступным всем, у кого есть дар и у кого нет а просто есть трудолюбие и аналитические способности.

    

[1] Львов М.Р., Горецкий В.Г., Сосновская О.В. Методика преподавания русского языка в начальных классах. - М.: Академия, 2000


Заключение

Что же дает понимание собственных реакций, знание их типов? Оно дает прежде всего, осторожное, аккуратное отношение. Осознание того, что вступая на новую область мы вступаем на минное поле. Мы приходим в чужой монастырь и часто со своим уставом. Решением для избежания смешных, парадоксальных ситуаций, а самое главное - избежания формирования в своей голове ложной мифологии, которая так же быстро формируется в чистом сознании как зарисовываются надписями стены свежевыкрашенного подъезда, является осторожное, вдумчивое, аккуратное восприятие. Отличным способом будет найти проводника в новом мире, сталкера.

К примеру, знание об особенностях восприятия искусства и осознание своего реального места в нем может удержать от разочарования в собственных способностях на этапах обучения, помочь формированию философского взгляда на неудачи в попытках восприятия произведений искусства (да и такое случается, произведение искусства это крепость, которую можно взять приступом а можно измором, но ее нужно взять, она сдается только после битвы борьбы подготовленному полководцу). 

Так, М.Р. Львовым были подробно описаны психологические особенности восприятия художественного произведения младшими школьниками. Противопоставляя квалифицированного и неквалифицированного читателя, он пишет, что раскодирование графических знаков не вызывает затруднений у квалифицированного читателя, все усилия он тратит на осознание образной системы произведения, на уяснение его идеи и своего собственного отношения к ней. Однако младший школьник еще не владеет навыком чтения в достаточной степени, поэтому для него преобразование графических знаков в слова - довольно трудоемкая операция, которая часто затмевает все остальные действия, и чтение, таким образом, превращается в простое озвучивание, а не становится общением с автором произведения. Воспринимая произведение на слух, ребенок сталкивается с уже озвученным содержанием и озвученной формой. Через форму, предъявленную исполнителем, ориентируясь на интонацию, жесты, мимику, ребенок проникает в содержание произведения[1].

У начинающего созерцателя также могут происходит в голове множество психических процессов связанных с опознанием, расшифровкой, попыткой примерки частей произведения к разным известным ему системам ценностей и графическим паттернам, что в целом может нивелировать целостное эмоциональное восприятие произведения и привести к разочарованию (смотрю в книгу вижу фигу). Но это часть обучения, временные процессы и возвращение к той же картине в будущем часто оказывает положительный эффект. Главное до этого будущего дойти по минному полю.

Раскодирование абстрактных композиций не вызывает затруднений у квалифицированного знатока искусства, причем любящего и понимающего авангард, все усилия он тратит на осознание образной системы той или иной картины, на уяснение его идеи и своего собственного отношения к ней. Однако большинство людей не владеют навыком абстрагирования в достаточной степени, поэтому для них преобразование художественных знаков в понятные образы ("Избушка слева, церквушка справа. Церквушка слева, избушка справа", - как говорил Эдуард Дробицкий, художник и острослов) - довольно трудоемкая операция, которая часто затмевает все остальные действия, и понимание какой-нибудь абстрактной картины, таким образом, превращается в простое "смотрение", а не становится общением с автором произведения. Полноценное восприятие художественного произведения не исчерпывается его пониманием. Оно представляет собой сложный процесс, который непременно включает возникновение того или иного отношения к самому произведению[2]

Заметим, что уровни восприятия могут быть выделены не на основе первопричины их появления как в трехуровневой классификации в данной статье, но и на основе цели, направленности психики. Так один человек склонен сильно идентифицировать себя с героем, другой копается в деталях, третий имеет психику описательно типа а четвертый философский подход и оперирует уровнем идеи. 

Согласно классификации уровней восприятия литературного произведения, сделанной М.П. Воюшиной, для детей младшего школьного возраста характерны четыре уровня восприятия. [2] Она отмечает, что картина восприятия одного и того же произведения учениками одного и того же класса будет неоднородной. На основе широкого эксперимента ею были выделены четыре уровня восприятия художественного произведения, характерных для младших школьников.

1. Фрагментарный уровень. У детей, находящихся на данном уровне, отсутствует целостное представление о произведении, их внимание сосредоточено на отдельных событиях, они не могут установить связи между эпизодами. Непосредственная эмоциональная реакция при чтении или слушании текста может быть яркой и достаточно точной, но дети затрудняются в словесном выражении своих чувств, не отмечают динамику эмоций, не связывают свои переживания с конкретными событиями, описанными в произведении. Воображение развито слабо. Дети не соотносят мотивы, обстоятельства и последствия поступков героя. Отвечая на вопросы учителя, школьники не обращаются к тексту произведения, неохотно выполняют задания, часто отказываются говорить. Художественное произведения воспринимается ими как описание случая, имевшего место в действительности, они не пытаются определить авторскую позицию, не обобщают прочитанное.

При постановке вопросов к тексту произведения дети, находящиеся на фрагментарном уровне восприятия, или вовсе не справляются с заданием, или ставят один - два вопроса, как правило, к началу текста.

2. Констатирующий уровень. Читатели, относящиеся к данной группе, отличаются точной эмоциональной реакцией, способны увидеть смену настроения, однако выразить свои ощущения им еще трудно. Воображение у них развито слабо, воссоздание образа подменяется подробным перечислением отдельных деталей. Внимание детей сосредоточено на событиях, они легко восстанавливают их последовательность, но не всегда понимают, как эти события связанны друг с другом. При специальных вопросов учителя могут верно определить мотивы поведения персонажей, ориентируясь при этом не столько на изображении героя автором, сколько на житейское представление о причинах того или иного поступка. Авторская позиция, художественная идея остаются неосвоенными, обобщение прочитанного подменяется пересказом содержания.

При постановке вопросов к произведению читатели, находящиеся на констатирующем уровне, стремятся, как можно подробнее воспроизвести событийную сторону.

3. Уровень «героя». Читатели, находящиеся на уровне «героя», отличаются точной эмоциональной реакцией, способностью видеть и передавать в слове динамику эмоций, соотнося изменение своих чувств с конкретными событиями, описанными в произведении. Дети обладают развитым воображением, они способны воссоздать образ на основе художественных деталей. В произведении их интересуют, прежде всего, герои. Дети, верно, определяют мотивы, последствия поступков персонажа, дают оценку героям, обосновывают свою точку зрения ссылкой на поступок. При специальных вопросах учителя они могут определить авторскую позицию. Обобщение не выходит за рамки конкретного образа.

При постановке вопросов к произведению у детей данной группы преобладают вопросы на выявление мотивов поведения персонажей, на оценку героев и на установление причинно-следственных связей.

4. Уровень «идеи». Читатели, относящиеся к данной группе, способны эмоционально отреагировать не только на событийную сторону произведения, но и на художественную форму. Они обладают развитым воображением, любят перечитывать текст, размышлять над прочитанным. Дети способны определить назначение того или иного элемента в тексте, увидеть авторскую позицию. Их обобщение выходит за рамки конкретного образа[3].

Похожий эксперимент провёл Ошин Вартанян из Университета Торонто (Канада). Он переставлял элементы самых разных картин, от натюрмортов Винсента ван Гога до абстракций Жоана Миро, и всегда участникам оригиналы нравились больше.
 

Более того, г-н Вартанян обнаружил, что манипулирование объектами уменьшает активацию областей мозга, связанных с осмыслением и интерпретацией. То есть в работах больших художников нам видится некий смысл хотя бы на чисто визуальном уровне, даже если мы не можем его сформулировать самим себе. Дети, любители и животные рисуют, не понимая этих законов.
 

Вероятно, мозгу нравятся также картины определённой сложности. Алекс Форсайт из Ливерпульского университета (Великобритания) с помощью технологии компьютерного сжатия изображений установила, что многие художники — от Мане до Поллока — использовали чётко выверенный уровень детализации, который и не скучен, и не перегружает мозг зрителя. 

    

[1] Нафикова А.М. особенности восприятия художественного произведения младшими школьниками


[2] Александр Трифонов http://www.trifonov1975.narod.ru/painters/snegur.html


[3] Воюшина. М.П. Методические основы литературного развития младших школьников // Методические основы языкового образования и литературного развития младших школьников: Пособие для студентов факультетов начального обучения и учителей начальных классов / Под ред. Т.Г.Рамзаевой. - СПб.: Специальная Литература, 1998.

   

Copyright © Владимир Малевин. http://www.malevin.art

Публикация текста, изображений и фрагментов только с разрешения автора.

Курс по композиции: https://www.malevin.art/events/kurs-khudozhestvennaya-kompozitsiya-dlya-fotografov

Очень интересные и точные тесты по фотографии и искусству: https://www.malevin.art/tests

Школа фотографии: http://malevin.art/shkola 

Фото-туры: http://photo-tur.ru/ 

Бесплатный сервис "Foto_kritik": https://www.instagram.com/foto_kritik/?hl=pa напишите "Покритикуй @foto_kritik" под любой своей фотографией в вашем аккаунте инстаграмма и вы получите конструктивную критику.⠀

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.